13 марта адвокат Пан Чжон Хён выступил в радиопередаче CBS Radio «News Kim Hyun Jung’s News Show» и раскрыл новую информацию о недавних противоречиях вокруг Сынри и Чон Чжун Ёна.

Адвокат Пан Чжон Хён — это человек, который отправил данные чата KakaoTalk в Комиссию по борьбе с коррупцией и гражданским правам от имени первоначального осведомителя, который решил остаться анонимным.

Он объяснил, что получил электронное письмо от первоначального заявителя о том, что у них есть данные о людях, вовлеченных в инцидент с Burning Sun. Они хотели обнародовать информацию, чтобы добиться справедливости, но не знали как и нуждались в помощи.

Он сказал, что его задача — защитить личность первоначального заявителя. Он также выразил обеспокоенность тем, что, если он отправит данные в следственное агентство (например, в полицию), они могут сосредоточиться на выяснении личности заявителя. Именно поэтому он решил отправить материалы в Комиссию по борьбе с коррупцией и гражданским правам.

Отвечая на вопрос, какой период охватывают данные чатов в KakaoTalk, адвокат ответил, что чат насчитывает десятки тысяч сообщений, которыми обменивались в течение восьми (?) месяцев с 2015 по 2016 год.

Он добавил, что сообщения с секс-видео Чон Чжун Ёна были распространены в нескольких различных чатах, включая чат с Сынри, где, по всей видимости, обсуждались услуги секс-эскорта, чаты один на один и другие групповые чаты.

Адвокат указал еще одну причину отправки данных в Комиссию по борьбе с коррупцией и гражданским правам вместо полиции. Изучив данные, он обнаружил несколько разговоров, предполагающих связь с полицией. Хотя они были расплывчатыми, чтобы не раскрывать всю информацию, он объяснил, что в разговорах содержалось несколько сообщений об определенных высоких чинах. Например, когда возникает ситуация, кто-то скажет: «Я связался с [высокопоставленным должностным лицом]» или «Я сделал [то-то и то-то] с [высокопоставленным должностным лицом] и решил это». Были связанные с бизнесом ситуации, а также другие некоммерческие ситуации. Кто-то также сказал: «Такой-то из полиции позвонил мне, чтобы поздравить с днем рождения».

«Похоже, что человек в разговоре был связан с наиболее влиятельным главой полиции, что привело к другим связям с другими сотрудниками полиции более низкого ранга». На вопрос ведущего адвокат ответил, что это был кто-то столь же высокого ранга — как Генеральный комиссар Корейского агентства национальной полиции, но он пояснил, что не уверен в том, насколько близки отношения между собеседниками и полицией.

Ди-джей на радио спросил: «Это только один человек сказал, что они решили проблемы, поговорив с полицией, или это все?», и Пан Чжон Хён ответил: «Один человек говорил, что они наиболее тесно связаны, но другие люди также знают об этом. [Этот один человек] связан с Burning Sun».

Затем интервьюер спросил, были ли в чатах совершены другие нераскрытые преступления. Адвокат поделился тем, что были, и что он уже сообщил об этом в Комиссию по борьбе с коррупцией и гражданским правам. Далее он объяснил: «Как вы, возможно, знаете, существует множество дел, которые расследуются в связи с Burning Sun. Есть еще один случай, похожий на один из этих».

Ди-джей на радио спросил, связано ли это с клубом, но адвокат не уточнил так это или нет. Он сказал: «Тем не менее, это связано с одним из этих бизнесов [управляемых Сынри]». Ди-джей спросил: «Еще одно преступление. Как нелегальные наркотики или уклонение от уплаты налогов? Или что-то еще?», и адвокат ответил, что это преступление аналогичного характера.


13 марта Генеральный комиссар Корейского национального полицейского агентства, Мин Гап Рён, провел пресс-конференцию в ответ на заявления адвоката Пан Чон Хёна о том, что полиция подозревается в коррупции.

Мин Гап Рён поделился, что некий человек в чате упомянул «шеф полиции», сказав, что «у меня есть крыша». Однако существует вероятность, что фраза «шеф полиции» является опечаткой и фактически относится к «Генеральному комиссару полиции» или «Генеральному прокурору», поскольку все три фразы очень похожи на корейском языке, и последние две фигуры имеют более высокий ранг. Генеральным комиссаром в то время (обмена сообщениями) в июле 2016 года был не Мин Гап Рён, а Кан Син Мён, который ранее занимал эту должность.

Мин Гап Рён прокомментировал: «Я тщательно проверю, чтобы выяснить, был ли в то время инцидент, в который была вовлечена полиция в то время», и добавил: «Есть конкретный человек, который сделал этот комментарий, но трудно раскрыть детали, так как расследование продолжается».

Он также сообщил, что специальная группа, состоящая из провинциального специального детективного отдела Полицейского агентства Сеула, которое занимается расследованием дела Burning Sun, вместе с другими ведущими следственными группами, включая отдел интеллектуальной собственности, отдел кибербезопасности и отдел по борьбе с наркотиками, погрузятся в расследование этой проблемы потенциальной коррупции.

Он продолжил: «Если в процессе будут обнаружены преступления, они будут полностью изобличены независимо от ранга».


Кан Син Мён, бывший Генеральный комиссар Корейского агентства национальной полиции, который занимал эту должность с августа 2014 года по август 2016 года, отрицал обвинения, связывающие его с чатом, включающим Сынри и Чон Чжун Ёна.

В ответ Кан Син Мён опроверг утверждения: «Со всей моей честью на кону я заявляю, что не имею никакого отношения к этому вопросу. Я только сегодня узнал об этом деле, и я ничего не знаю об этом».

Он продолжил: «Я узнал о Сынри впервые благодаря этому инциденту, и я не имею к нему никакого отношения. Не стоит отвечать на каждое [обвинение]».

Кан Син Мён также обратился к обвинениям Чхве Чжонхуна из FTISLAND, попросившего полицию оказать личную услугу, чтобы скрыть его вождение в нетрезвом виде три года назад. Он ответил: «Тот факт, что Генеральный комиссар Корейского национального полицейского управления может скрыть инцидент вождения в нетрезвом виде, противоречит здравому смыслу».